В золотистом тумане нью-йоркского модного космоса, где амбиции сияют острее шпильки, уход Анны Винтур с поста главного редактора американского Vogue после 37 лет его возглавления с 1988 по 2025 год воспринимается не как прощание, а как мифическая смена династии. Женщина, превратившая журнал в культурный колосс, отходит в сторону, но не в тень, оставляя мир моды в трепете и шепотах за коктейлями в The Carlyle о Хлое Маль. Дочь Кэндис Берген и Луи Малле, сдержанная 39-летняя редактор, готовая занять вельветовый трон. Но сможет ли она удержать скипетр в мире, где тренды диктуют не обложки Vogue, а рилсы в Instagram*?
Неделя моды в Нью-Йорке, проходящая с 11 по 16 сентября 2025 года, станет не просто шоу, а моментом истины. Хлои Маль, ветеран Vogue с 2011 года, по слухам, проходит финальные собеседования на пост главы редакционного контента американского Vogue. Объявление, ожидаемое с драматизмом финала показа, обещает переписать будущее журнала. Но это не просто история преемственности. Это размышление о наследии, привилегиях и тонкой алхимии сохранения актуальности в эпоху, где глянец вытесняют мимолётные пиксели и блогеры, обрётшие популярность в течение одного дня.
Наследница короны
Хлоя Маль не новичок в мягком сиянии софитов. Дочь Кэндис Берген, иконы сериала Мёрфи Браун, чьё остроумие резче самого заостренного ножа, и Луи Маль, французского режиссёра, подарившего миру «До свидания, дети«, Хлоя выросла в мире, где искусство и влияние были обыденнее утреннего эспрессо. Однако её восхождение в Vogue не просто золотой билет привилегий, а долгий, методичный путь. С 2011 года, начав как редактор светской хроники, она пробиралась через лабиринт вечеринок и цифровых обложек, заслужив пост редактора Vogue.com в 2023 году. Её недавний триумф? Громкое интервью с Лорен Санчес перед её свадьбой с Джеффом Безосом, доказавшее, что Хлои Маль умеет ловить культурные молнии.
Но тень происхождения всё ещё витает, как аромат духов. Шепотки о “дочке знаменитости” следуют за ней, несмотря на диплом Брауна и 14 лет работы в Vogue. Мир моды, одержимый родословными, не может устоять перед историей дочери Берген, шагающей в туфли «злой ведьмы» Анны Винтур. Однако Малле теперь не просто наследница. Она цифровой маг, увеличивший трафик Vogue.com в эпоху, когда печатные издания уже считаются чем-то вроде выцветающих полароидов. Её Instagram* — это коктейль из небрежного шика: отпуска на юге Франции, пляжи Монтока со своим золотым песком и тихих вечеров в пижаме за просмотром Мисс Марпл. Она близкая, но недосягаемая, как парадокс, завёрнутый в платье Diane von Furstenberg.
Наследие Анны Винтур
Анна Винтур, ледяная королева моды, не просто редактировала Vogue. У нее получилось вылепить из него монолит. С 1988 года она была арбитром вкуса, архитектором Met Gala и музой Миранды Пристли в исполнении Мeryl Streep. Её стрижка боб и солнцезащитные очки стали такими же культовыми, как и сам журнал. Но даже боги стареют. В 75 лет Анна Винтур отходит на позиции глобального директора по контенту Condé Nast и глобального редакционного директора Vogue. Новый глава редакционного контента — титул, лишённый былого величия “главного редактора” — будет подчиняться ей, напоминая, что тень Анны Винтур вечна.
Назначение Маль — это не просто смена караула, это тектонический сдвиг. Vogue при Анне Винтур был храмом высокой моды, где элегантность была законом. Но мир изменился. Тиктокеры и дизайны, сгенерированные ИИ, бросают вызов старой гвардии. Маль, с её цифровой интуицией и талантом рассказчицы, кажется созданной для этого момента. Но вопрос витает, как дым сигареты в полумраке бара: сможет ли она внушать тот же трепет, который внушала всем Анна Винтур? Или же она станет лишь хранителем угасающей империи?
Конкуренты по игре вкуса
Маль не единственная в этой гонке. Николь Фелпс, глобальный директор Vogue Runway, — серьёзный соперник, её экспертиза в показах отсылает к корням Vogue. Другие имена, таких как Ева Чен, Сара Мунвес из W Magazine, Чиома Ннади из британского Vogue, точно так же мелькали и угасали, их обязательства в других местах затмили шансы. Преимущество Хлои Маль? Она инсайдер Vogue, любимица команды и, судя по всему, единоличный выбор Анны Винтур. Процесс отбора, под контролем самой Винтур и гендиректора Condé Nast Роджера Линча, — это тщательно поставленный танец, но источники намекают, что имя Маль уже написано золотыми чернилами.
Дело не только в резюме. Речь о видении. Фелпс — традиционалистка, погружённая в мир кутюра. Маль, с её подкастом The Run-Through и цифровым чутьём, воплощает будущее. Vogue, живущий на экранах не меньше, чем на бумаге. Её способность сочетать светский лоск с цифровой дерзостью делает её культурным хамелеоном. Но мир моды — это гнездо змей, полное эгоцентризма и дьявольского нарциссизма. Сможет ли её тихая харизма противостоять громким и ядовитым голосам индустрии?
Цифровой танец
Vogue 2025 года — это не Vogue 1988-го. Тираж печатной версии сократился, аудитория американского Vogue едва достигает 1,2 миллиона, далёкая от пика 90-х. Цифровые платформы — вот поле битвы, где Vogue.com привлекает миллионы к своим трендовым репортажам и профилям знаменитостей. Работа Маль над сайтом есть редкая история успеха в измученной индустрии. Она не просто плывёт по цифровой волне, а скользит по ней с бокалом шампанского в одной руке и ноутбуком в другой.
Но вызов экзистенциален. Vogue должен оставаться культурным маяком, хранителем того, что “в моде”. Если Хлои Маль выберут, её задачей станет связать славное прошлое журнала с будущим, где релевантность измеряется кликами. Её посты в Instagram* — интимные, но выверенные, — лишь говорят о том, что она это понимает. Селфи в позолоченной ванной с подписью: “Снова в пижаме за Мисс Марпл, но всё ещё думаю о трёх вечерах подряд в платьях!” — это женщина, которая жаждет подлинности в блеске гламура. Но одной подлинности мало. Ей придётся управлять влиянием, как бархатной перчаткой на стальном кулаке.
Тяжесть короны
Личная жизнь Хлои Маль, как разворот в Vogue: замужем за управляющим активами Грэмом Альбертом, мать двоих детей, она разрывается между элитными кругами Нью-Йорка и французским поместьем XVI века. Хлоя вышла замуж в 2015г за Грэма МакГрата Альберта. У них двое детей: сын Луи (2020) и дочь Элис (2022). Её свадьба — четырёхдневное торжество в Ле Куале — отражала брак её родителей. Это жизнь выверенной лёгкости, но её интервью раскрывают стальной стержень. Она поднимала острые вопросы о выборах Трампа в своём подкасте, показывая готовность касаться неудобных тем. Это не робкая фиалка.
Но мир моды беспощаден. Царствование Винтур определялось её умением говорить “нет” одним взглядом. Более мягкий подход Малле, в связи с чем коллеги называют её “доступной”, может стать её силой или слабостью. Индустрия жаждет божества, а не демократа. Её вызов сбалансировать возвышенную ауру Vogue с близостью, которая резонирует с поколением, выросшим на мемах, мнимой искренности и полном неведении элементарного этикета и приватности, утопающем в микротрендах.
Новая заря или угасающая звезда?
Неделя моды в Нью-Йорке станет не просто подиумом. Это будет коронация. Если Малль займёт пост, она унаследует журнал на распутье. Vogue должен эволюционировать или стать музейным экспонатом. Цифровая смекалка Хлои, её культурное чутьё и тихая амбициозность делают её убедительным выбором, но призраки эпохи Винтур будут преследовать её. Сможет ли она переосмыслить институт, не потеряв его душу? Или звезда Vogue померкнет под тяжестью перемен?
Мир моды — это калейдоскоп желаний и иллюзий. Хлои, с её происхождением и упорством, — подходящая фигура, чтобы в нём ориентироваться. Она не Винтур, и в этом суть. Если Винтур была монархом, Маль может стать поэтом. Менее властной, но более человечной. Её Vogue может пожертвовать частью мистики ради доступности, но в мире, где каждый критик на X, это, возможно, единственный путь вперёд в настоящем времени.
Хлоя Маль стоит на пороге истории. Женщина, рождённая из звёздной пыли и стали, готовая вести Vogue в неизведанные воды. Мир моды наблюдает, наполовину в восхищении, наполовину в сомнениях и тревоге, в преддверии Недели моды. Маль наследует не просто журнал, а миф о нем. Её успех будет зависеть от способности сплести наследие Vogue с хаотичной энергией настоящего. Если она оступится, стервятники закружат. Если победит, Vogue может стать голосом новой эпохи — менее божественным, но более живым и близким каждому.
*Facebook/Instagram — проект Meta Platforms Inc., деятельность которой в России запрещена
Изображения используются в ознакомительных целях с соблюдением авторских прав. Мы уважаем авторские права и готовы удалить контент по запросу правообладателя.
Источники неподписанных фотографий: Pinterest.